Дата публикации: 1996
Источник: МО
Долорес О’Райорден 24 года, но на вид ей не дашь и 16. Правда, девочка-подросток - это только на первый взгляд. Ее трезвые и довольно резкие рассуждения о жизни, музыке и бизнесе многим не нравятся, и уже редко кто вспоминает, что когда-то ее называли маленькой ирландской феей. Как, впрочем, уже никто не вспомнит и о том, что голос Долорес сначала постоянно сравнивали с голосом ее соотечественницы Шинейд 0′Коннор. Но после ошеломительного успеха альбома “No Need То Argue” The Cranberries yже больше ни с кем не путают.
- Быстро же ты превратилась из эльфа-беспризорника в сварливую суку!
- Неправда, никогда не смогла бы кого-то обидеть. Это обычная зависть, ведь 24-летних женщин, которым удалось добитьсятого же, что и я, по пальцам можно пересчитать. Причем меня никто не опекал. Несколько лет назад я повстречала троих парней и ушла с ними из дома. Мне приходилось очень много работать, и не было времени обращать внимание на тех, кто вел себя со мной по-скотски, а все потому, что они мне завидовали.
- Помнится, во время одного интервью ты встала и ушла после того, как тебя спросили, зачем ты покрасила волосы. Глупый, конечно, вопрос, но можно было, например, рассмеяться.
- Иногда говоришь с журналистами и думаешь, что они просто не хотят найти правильный тон. Им гораздо интереснее выставить тебя эдакой дурой. Ну а поскольку я не поддаюсь, они продолжают задавать тупые вопросы. Это ужасно неприятно, особенно если журналист - женщина. Тогда я обычно говорю: “Огромное спасибо, милочка, что зашла. Мне очень жаль, что ты напрасно потратила время, но я уж лучше сделаю, что-нибудь полезное - пойду вон кошку вымою”. А она все о своем, и смотрит как-то странно. Может, за это меня называют сукой.
- В детстве Долорес очень любила Элвиса Пресли. Она рассматривала его фотографии и считала Богом. Долорес и теперь считает его королем. Она очень хорошо помнит день, когда мама рыдала на кухне: “Он умер, умер”.
- Я ее спрашиваю: “Кто умер-то, наш пес, что ли?” “Нет, - отвечает. - Элвис!” Тогда вся Ирландия буквально с ума посходила. Смотришь иногда его видеозаписи, как он спускается к зрителям и целует их, как вытирает лоб полотенцем и отдает его своим фанам. Он был настоящим королем.
- Родители хотели, чтобы ты стала певицей?
- Мама знала, что я люблю музыку, и у меня есть способности. Она хотела, чтобы я стала учителем музыки, и отправила меня учиться. На это ушло десять лет. Мама мечтала, чтобы я получила диплом, но я сбежала и стала выступать в группе.
- Ты седьмой ребенок в семье. Тебя, наверное, страшно баловали?
- Вовсе нет. Мама больше любила моих братьев. Это типично ирландская черта. Дочерью быть очень сложно. Боязнь, что забеременеешь, и все прочее. Мама со мной всегда была строга: дважды в год мне разрешалось ходить на дискотеки, но обязательно в сопровождении братьев. Танцуешь с парнем, а они ходят вокруг и шипят: “Это кто? А где у него руки?” Возможно, они от многого меня спасли. Хотя постоянное общение с таким количеством братьев накладывает свой отпечаток. Я, например, всегда готова к драке. До сих пор. С годами внезапно понимаешь, как ты похож на родителей и как плохо с ними обращаешься. Они привели тебя в этот мир, а ты принимаешь это как нечто само собой разумеющееся и так по-свински себя ведешь. Может, поэтому Господь не дарует мне материнства. (После паузы) Я люблю детей, но думаю: “Зачем им в этот ужасный мир?” Хотя понимаю, сколько счастья могут дать дети. Так что иметь или не иметь детей - непростой вопрос.
- Ты могла бы стать хорошей матерью?
Думаю, да, потому что многое повидала. Я буду с ними много разговаривать, постараюсь стать им другом. Хотя поначалу все так говорят. А потом начинается: “Никуда ты не пойдешь! Сейчас же надень двадцать шапок и сорок шарфов! Не занимайся сексом и попробуй только залететь!” Бывает, дети начинают ненавидеть своих предков, но потом становятся друзьями - родителям сложно привыкнуть к тому, что их дети быстро взрослеют. Это происходит инстинктивно, и тебе приходится бороться и доказывать, что ты способен отвечать за свои поступки. И чем раньше тебе это удается, тем лучше, тем скорее родители начнут доверять тебе и будут уверены, что ты не исковеркаешь свою жизнь.
- Ты ушла из дома в 19?
Да, но не для того, чтобы одновременно жить с тремя парнями. Только с одним. Во грехе.
Выросла Долорес в религиозной семье, но каждое посещение церкви было для нее невообразимой мукой: она то засыпала на лавке, то вдруг начинала наигрывать на органе композиции Ника Кершо. Когда ей напоминали, где она находится, Долорес обиженно забивалась в угол. Последний раз она была в церкви в 18 лет.
Первый же опыт взрослой жизни принес Долорес мало радости - она жила в постоянном страхе. И даже когда от любви не осталось и следа, она не в силах была уйти от человека, имя которого она так и не назвала. Боялась.
- Те три года были самыми ужасными в моей жизни. У The Cranberries дела шли великолепно, а мне было страшно возвращаться домой, к этим бесконечным ссорам и скандалам и к человеку, превращавшему мою жизнь в кошмар. Н тогда понятия не имела. что значит быть по-настоящему любимой. Это было мое первое увлечение, первый мужчина. Боялась, что если лишилась девственности, то никто, кроме него, со мной спать уже не захочет и замуж не возьмет. Бред какой!
Когда же Долорес удалось все-таки расстаться с этим тираном, она думала, что больше никогда не свяжется ни с одним из этих уродов, чуть не стала мужененавистницей.
О тех годах Долорес говорит так спокойно, потому что теперь она счастлива. В июле 1994 года она вышла замуж за своего гастрольного менеджера Дона Бартона.
- Я хотела, чтобы день нашей свадьбы длился вечность. Когда на душе паршиво, я достаю фотографии… В наше время не очень модно жениться. Многие просто не понимают, как это может быть здорово.
- Песня “Will You Remember” об этом?
- Не совсем. Однажды я ехала встречать мужа в аэропорт и думала, обратит ли он внимание на те мелочи, которые я сделала специально для него: помада, прическа, наряд, все то что мужчины обычно не замечают…
- Успех не вскружил голову?
- Тяжело было после выхода нашего первого альбома, когда мы вернулись в Ирландию и начали работать над следующим диском. Потом стало полегче. После выхода “Linger” я мало обращала внимания на то, что про нас пишут, теперь же я вообще не читаю свои интервью. Устала от них. Надоело слушать собственные рассуждения. Сначала несколько удивляет: и чего это людям так интересно в тебе, а потом начинаешь сомневаться. Мне помогли с этим справиться Боно и Лучано Паваротти. Как-то они сказали мне, что и им пришлось пройти через это и что. если вдруг меня начнет заклинивать, я могу им позвонить и они помогут мне с этим справиться.
Но самыми близкими для Долорес людьми по-прежнему остаются ее коллеги по группе. Именно от них она в первую очередь ждет поддержки и помощи.
- С ними происходит то же самое, что и со мной. Поэтому мы всегда поймем друг друга.
- Ты когда-нибудь лжешь в своих песнях (а большинство текстов пишет сама Долорес)?
- Нет, может, только несколько утрирую свои эмоции. Тексты - это всегда личное восприятие личный опыт и переживания.
В одном из предыдущих номеров “МО” мы уже рассказывали историю создания песни “Zombie”, благодаря которой группа стала так популярна во всем мире. У них много песен, осуждающих войну в Северной Ирландии и Боснии. Больше всего Долорес жалеет детей, видящих вокруг себя только боль и смерть, у которых нет ни малейшего шанса на счастливую жизнь.
- Я поняла, что мир, в котором мы живем, очень несовершенен и никогда не будет нас устраивать. Никто не сможет стать абсолютно счастливым - слишком много вокруг горя и боли.
- Ты достаточно цинично отзываешься о мире шоу-бизнеса.
- Не удивительно. Там значение имеют только деньги.
- Ну, тебя-то многие считают весьма удачливой бизнес-леди.
- Когда мы только начинали, нам очень не хотелось вдаваться в подробности бизнеса. Но пришлось. Можно ведь и без гроша остаться. Жизнь очень несправедлива.
Это пока участникам The Cranberries не грозит, а сама Долорес признает, что здорово быть материально обеспеченной: хочешь - дом построишь, хочешь - машину купишь, ну и одежда конечно, что же еще нужно женщине? “А вообще-то деньги - это просто бумага”.
- О чем ты сейчас мечтаешь?
- Надеюсь, что к 35 создам что-нибудь достойное. Что жить буду счастливо, в любви. Что детям не нужно будет страдать, но этого никогда не будет.
- Как ты думаешь, у тебя есть ангел-хранитель?
- Должен быть. Ведь я еще жива!
Posted in +, Интервью | No Comments »